А вот это уж, подумал Садлер, и совсем неверно. Теперь, с заходом солнца, снова вступил в свои права свет Земли, заливающий огромную, вечно сухую равнину, так неточно названную в древности Морем Дождей. Зрелище не такое яркое, как оставшиеся позади горы, но и от него перехватывало дыхание.

– Я постою еще. Это вы ко всему тут привыкли, а мне хочется смотреть и смотреть.

– Ничуть вас не осуждаю, – добродушно рассмеялся Молтон. – Боюсь, мы тут и вправду отвыкли удивляться чудесам.

Вагон летел вниз под головокружительно крутым углом, на Земле это было бы настоящим самоубийством. А навстречу поднималась призрачно-зеленая равнина, огороженная по краю цепочкой невысоких гор – просто холмиков, если сравнивать с горделивыми вершинами, оставшимися позади. А затем горизонт снова сжался в непривычно узкое – как и должно быть на шаре, в три с половиной раза меньшем, чем Земля, – кольцо.

Садлер проследовал за Молтоном в салон, где проводник уже расставлял подносы.

– У вас всегда так мало пассажиров? – поинтересовался он, проходя на свое место. – Не очень-то экономично.

– Экономию можно понимать по-разному, – пожал плечами Молтон. – Если судить по бухгалтерским книгам, многие из здешних дел выглядят более чем странно. Но к дороге это не относится, ее эксплуатация стоит совсем не дорого. Оборудование служит практически вечно – ничто не ржавеет, не портится. Профилактический ремонт раз в два года – вот, собственно, и вся забота.

Как же он об этом не подумал? Садлеру предстояло узнать здесь очень много нового, кое-что – на своей собственной шкуре.

Обед оказался достаточно съедобным, хотя оставалось полной загадкой, из чего он был приготовлен. По большей части Луна кормилась продукцией гидропонных ферм, чьи огромные – конечно же, герметические – теплицы раскинулись в экваториальных областях на десятки квадратных километров. Похожее на говядину мясо было, вне всякого сомнения, синтетическим – Садлер где-то слышал, что единственная местная корова роскошествовала в зоопарке Гиппарха